Король и Падшая

В тронном зале собрались все. Даже Каримова — её привели в цепях, но цепь была скорее символической. Она сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и жевала яблоко, а под окном каждые пять минут орал петух Сеня, требуя внимания с таким видом, будто пришла на пикник.

— Итак, — начала Сираюки, разворачивая карту на столе. — Северяне идут с севера. Очевидно.

— Блестящий анализ, — прокомментировала Каримова. — Ты sure, что ты лекарь, а не военный стратег?

— А ты sure, что ты бывшая королева, а не клоун?

— Дамы, — вмешался Рома. — Давайте сосредоточимся.

— Я сосредоточена, — улыбнулась Каримова. — Я просто проверяю, есть ли у новой фаворитки короля чувство юмора.

— Я не фаворитка, — отрезала Сираюки. — Я лекарь.

— Которая спит с королём?

— Я НЕ СПЛЮ С КОРОЛЁМ!

— Ещё нет, — поправила Каримова. — Но я вижу, как ты на него смотришь. Так смотрят на последний кусок пирога на празднике.

Олег заржал, но быстро закашлялся, делая вид, что подавился.

— ТАК, — рявкнул Рома так, что с потолка упала паутина. — ПЛАН. ДАВАЙТЕ ПЛАН.

— У меня есть план, — спокойно сказала Каримова. — Я выйду к северянам. Скажу, что я в плену, что меня пытали, что король — тиран. Они расслабятся. А когда они войдут в замок — мы ударим с двух сторон.

— И ты, конечно, не переметнёшься к ним в последний момент? — скептически спросила Сираюки.

— Могу дать честное слово, — Каримова приложила руку к сердцу. — Но ты мне всё равно не поверишь.

— Не поверю.

— Значит, у тебя есть вариант лучше?

Тишина.

— Нет? — улыбнулась Каримова. — Тогда заткнись и слушай королеву.

— Ты — бывшая королева.

— Бывшая — не значит плохая.

Яна, которая проснулась и пришла на совещание, подняла руку.

— Можно вопрос? — спросила она робко.

— Да, Яна? — кивнул Рома.

— А если она предаст? Мы умрём?

— Да, — честно ответил Рома.

— Ой, — Яна побледнела. — Ваня, я не хочу умирать.

— Я тоже, дорогая, — Ваня обнял её. — Но умереть за короля — это почётно.

— Мне не нужна почётная смерть! Мне нужна долгая жизнь с тобой и нашим ребёнком!

— Дети переоценены, — вставила Каримова. — У меня нет детей, и я счастлива.

— У тебя нет детей, потому что тебя никто не любит, — огрызнулась Яна.

— Ого, — Каримова подняла бровь. — Маленькая фрейлина показывает зубки. Мне нравится.

— Дамы! — рявкнул Ваня. — ХВАТИТ! Мы здесь, чтобы спасать королевство, а не выяснять, кто кого любит!

— Вообще-то, — Каримова улыбнулась, — это один и тот же вопрос.

Совещание закончилось далеко за полночь. План был принят: Каримова выходит к северянам, играет роль жертвы, а ночью открывает ворота с другой стороны, впуская подкрепление.

Вдруг в зал влетел петух Сеня, громко кукарекая, и приземлился прямо на карту, разложенную на столе. — Вот, — спокойно сказала Каримова. — Сеня одобряет план. Если он против — он писает на карту. Будьте благодарны, что он просто кукарекнул. Олег и Сираюки переглянулись. — Я начинаю жалеть, что мы не казнили её в первый же день, — пробормотал Олег. — Нельзя казнить человека, чей петух гадит на военные карты, — усмехнулась Сираюки. Каримова довольно погладила Сеню по голове, и петух гордо зашагал по столу, оставляя грязные следы на стратегических заметках. — Итак, — продолжила Каримова как ни в чём не бывало. — Если это ловушка, — предупредил Олег Каримову перед уходом, — я лично отрежу тебе голову и сделаю из неё чашу для вина.

— Обещаешь? — кокетливо спросила она. — Я всегда мечтала быть чьей-то чашей.

Олег скрипнул зубами.