Король и Падшая

На следующее утро Рома созвал военный совет. Гоша явился в том же пёстром кафтане, но теперь на нём была ещё и меховая шапка, несмотря на тёплую погоду.

— Это традиционный головной убор южных сутенёров, — объяснил он, поймав взгляды присутствующих. — Чтобы клиенты знали, кто главный.

— Ты выглядишь как чучело, — сказала Сираюки.

— А ты выглядишь как женщина, которой не помешал бы хороший... массаж от мужа, — подмигнул Гоша.

— Я тебе сейчас сделаю массаж скальпелем, — усмехнулась Сираюки. — Но вечером, может быть, договоримся.

— Дамы, не ссорьтесь, — вмешался Олег, вставая между ними. — Гоша, расскажи, что ты знаешь о южной армии.

Гоша развернул карту и ткнул пальцем в точку. — Они стоят здесь. Десять тысяч. Но у них проблема — они ждут подкрепления с востока. Если мы ударим сейчас — у нас есть шанс.

— Откуда у сутенёра такие разведданные? — подозрительно спросила Сираюки.

— Милая моя, — Гоша улыбнулся золотыми зубами. — К кому ходят солдаты, когда им скучно? К женщинам. А женщины рассказывают мне. Я знаю всё о каждой армии в радиусе пятисот миль. Кто спит с кем, кто кого боится, у кого какой размер...

— Достаточно, — прервал Рома. — Мы поняли.

— Ещё кое-что, — Гоша понизил голос. — У них в лагере эпидемия. Не знаю, чего именно, но половина солдат лежит с температурой. Если мы подождём ещё неделю — они ослабнут настолько, что разбегутся от одного нашего вида.

— Откуда ты знаешь об эпидемии? — спросил Олег.

— Одна из моих девочек работает в их лагере. Лечит их, — Гоша пожал плечами. — Ну, не только лечит. Но и лечит тоже. Она сказала, что они мрут как мухи.

Сираюки задумалась. — Если это правда, то это наш шанс. Ждём неделю, потом атакуем.

— Неделю, — согласился Рома.

— А что делать с петухом, который орёт каждое утро в 5 утра? — спросил Ваня, который только что вошёл с заспанным лицом.

Все посмотрели на Каримову. Она гордо погладила Сеню, сидящего у неё на коленях. — Сеня — боевой петух. Он поднимает боевой дух.

— Он поднимает моё давление, — буркнул Олег.

— Плюс одно к давлению, минус десять к вражескому моральному духу, — парировала Каримова. — Сеня — секретное оружие.

— Господь, за что нам это, — простонал Олег.